Девять дней

    Летом, первого июля, умерла моя прабабка. Собственно, все ждали этого дня, но все равно ее уход из жизни был неожиданным. Остаток своей жизни после того, как ей ампутировали ногу, она провела на кухне нашего деревенского дома. В доме всего две комнаты — гостиная (она же и спальня) и кухня, где в углу стоял диван, на котором спала прабабушка.

    Прошло девять дней с ее смерти. Утром родители, прихватив с собой бабушку (мы с ней обе Наташи), уехали на кладбище, а я, признаюсь честно, поленилась, да и прабабку не особо любила. В общем, осталась в доме одна. Родители уехали, я взяла ноутбук и пошла в гостиную, села на кресло и стала играть. Через некоторое время я стала замечать, что с кухни раздаются странные стоны и вздохи (я как-то по привычке не обратила на них должного внимания — обычно, когда прабабка была жива, они доносились оттуда постоянно, она всегда охала, кряхтела и прочее, чтобы привлечь к себе внимание). Вскоре эти стоны стали резать мой слух — они становились все громче, и кто-то начал тихо звать с кухни: «Ната-а-аш! Ната-а-аш!». Тут-то до меня внезапно дошло, что прабабка, которая обычно воспроизводила эти звуки, померла, а я-то дома одна!

    Меня как током ударили. Я сглотнула комок, который образовался в моем горле, и, прислушиваясь к звукам, стала посматривать на окно, думая выпрыгнуть из него (высота-то маленькая — от силы метр). Вдруг стоны утихли, я стала расслабляться, но не тут-то было — я отчётливо услышала скрип половиц на кухне, будто кто-то направляется в гостиную. Я хотела встать, но тело как будто парализовало. Дыхание перехватило, я почувствовала холод во всём теле. В тот момент у меня даже была мысль, что я стала участницей какого-то дешевого ужастика. И тут все прекратилось: шаги затихли, мое оцепенение прошло. Я посмотрела в окно — к дому подъезжала машина родителей... С тех пор прошло много времени, но больше такого в доме, слава богу, не было.