Историю эту рассказал мне мой дед Иван. Человек он был сурового склада, прошел войну, сочинительством не увлекался.
Произошло это на Украине, в Полтавской области. После войны дед устроился почтальоном, так до пенсии им и проработал. Ездил по вверенной ему территории в телеге, запряженной старым мерином. Возвращался он обычно в сумерках, а в тот день как с почты приехал, голова сильно заболела, прилег, да и проспал почти до вечера. Дело к ночи, а почту-то развозить надо. Пришлось запрягать коня.
Возвращался обратно, уже и луна светила. Часть дороги проходила вдоль озера, а в одном месте мостки стояли, где мужики рыбу удили. И заметил дед женщину с длинными волосами, сидящую на мостках спиной к нему. Волосы у нее были длинные, закрывали почти всю спину, а нижняя часть тела была в воду опущена. Ну сидит и сидит, только плакала эта женщина так, что самому завыть хотелось. Дед стал крепить вожжи к специальной ручке, чтобы слезть с телеги, узнать, что случилось, да только конь старый, который сроду не бегал, так понес, что Иван чуть не слетел.
Обернулся дед назад на женщину — видит, и она повернулась. Он так и обмер — то не человек был, а что-то непонятное: лицо злобное, оскаленное, волосы длинные и перепутанные, по пояс голая, а то, что внизу было, извивалось так, что вода вокруг как гейзер бурлила. Кинулась она под воду и пошла вода большой рябью в его сторону. А коня понукать не надо — скачет и взбрыкивает все время, как будто его кто кусает...
Дед говорил, что на войне, когда рельсы разминировал, не так боялся, как в ту ночь. И все повторял: «Вот и верь теперь сказкам, что русалки красавицы!».
После тяжелого рабочего дня я спешил домой, чтобы поскорее увидеть жену и нашего ребенка. Я не знаю, что было страшнее видеть мою жену и ребенка мертвыми или осознавать, что кто-то до сих находится в квартире.